Мария Чинихина - Музыкант и Королева

Через час Клаус и Эдвард доложили, что на поиски пропавшей машины в Южный Город отправлено специальное подразделение. Часть людей предоставил Градоначальник, которого экстренно вызвали в Резиденцию. Элизабетте удалось вздремнуть, несмотря на шум и не прекращающиеся телефонные разговоры. Проснулась, ничего не изменилось, по-прежнему никаких новостей. Кроме одной, которую ей пока не сообщали.

Анри оставил Элизабетту, заметив, что она уснула. В толпе малознакомых людей он разыскал Клауса и попросил сообщить все, что удалось выяснить. Клаус схватил Анри за руку и втолкнул в кабинет королевы, затем кратко сообщил:

– Первое – Эрон Конли скончался в загородном особняке. Второе – мои люди нашли на выезде из Южного Города автомобиль из парка Резиденции с мертвым водителем, двумя телефонами, сумкой девочки и ноутбуком Эдди под пассажирскими сидениями. Видимо случайно выпали, а возможно, их оставили намеренно.

– Эдди никогда не расстается с компьютером. Не знаю, как Бетт это переживет. А мистер Конли. Она в курсе?

Клаус покачал головой.

– Нет. Не говори ей пока. Там запутанная история. Отец займется расследованием, как только найдем наследника. Я могу сказать одно, это сделал кто-то из своих, поэтому особо не распространяйся о результатах операции. Даже тем, кому всегда доверял. Отец уехал в Южный Город с Градоначальником. Он обещал по специальной связи докладывать новости. Прессу решено не вводить в курс дела, пока.

– Я понял, – сказал Анри. – А Альберта?

– К ней приставлена дополнительная охрана, они меняются каждые четыре часа. Дом также окружен. Градоначальник встревожен и готов помочь всеми силами, – сказал Клаус, затем открыл ящик стола и передал желтый конверт. – Письмо, которое доставил курьер Лесной Корпорации на рассвете. Оно адресовано Элизабетте. Отправитель – Эрон Конли. Тебе решать, что с ним делать.

Анри вцепился рукой в конверт, поблагодарил Клауса и вернулся к Элизабетте, спрятав письмо за подушкой. Взял жену за руку. Ладонь оказалась холодной. Он прикрыл ее шалью. Затем решил отнести в спальню, но она открыла глаза, проснулась и обняла его. Взгляд спрашивал о новостях, а он молчал и увидел, как ручьем потекли слезы. Ему тоже хотелось плакать, потому что чувствовал вину. Она доверилась ему, а он не оправдал надежд и подверг опасности детей.

В половине восьмого в гостиную спустились Энни, Жасмин и Мэтью Саммерс. Энни занялась приготовлением завтрака, а Жасмин по телефону отменяла или переносила запланированные на предстоящую неделю встречи, делая пометки в толстом ежедневнике. Заседания Большого Совета также были отменены. Мэтью сидел на подлокотнике, обнимал Жасмин и прислушивался к каждому слову музыканта, королевы, Клауса и любого охранника, находящегося поблизости. Анри сидел возле Элизабетты и незаметно сунул конверт в карман халата. Она с удивлением уставилась на него, но он взглядом приказал молчать и не удивляться. Все ждали, непонятно чего. Клаус оставил их, сказав, что собирается руководить операцией из кабинета.

– Это они, – шепнула Элизабетта на ухо Анри. – Нужно позвонить отцу.

– Только не здесь, – сказал он. – Идем. Так Клаус распорядился.

Она согласилась. И Анри отвел ее в малую гостиную, предназначенную для приема официальных лиц. По дороге они встретили Энни, которая на подносе несла в столовую посуду для завтрака. Анри сказал, что он и Элизабетта подойдут минут через пятнадцать, затем прикрыл дверь малой гостиной и проследил, чтобы шаги Энни затихли. Элизабетта тем временем набирала номер отца. Король взял трубку после второго гудка.

– Объясни, что происходит! – закричала она и приложила руку ко лбу. Ее волосы растрепались. Халат и шаль она так и не сняла. – Передай им, что я поддержу любые законы, и слова больше не скажу, только верните его! ….. Как не понимаешь, о чем я говорю! …. Мой сын и его подруга исчезли ночью… Да, советники только говорят, что не используют варварские методы и организуют овальные заседания для своих! … Нет, не нужно …. Мы на Острове …. Да, хорошо …. Жду… Как?..

Она бросила трубку на стол.

– Он сказал, что советники не при чем. Записи деда… Я забыла о них … Как мы договаривались… Я начала войну против Кеннета Пена в сети… (она умолчала, что ходила с Пеном на свидание и кокетничала) … Я ничего не понимаю … Отец обещал перезвонить … Как только поговорит с первым справа. Он сказал, что врать друг другу советники не могут, исходя из Кодекса Этики овальных заседаний … Эрон … Отец сказал, что он погиб! Стул не может быть свободным. Мне приказано явиться в понедельник на заседание на церемонию посвящения внебрачного сына Эрона, вроде как единственного наследника, а у меня нет сил!

Анри не ответил и взглядом обратил внимание Элизабетты на карман, в который сунул письмо Эрона Конли. Покинув кабинет Клауса, он хотел прочитать его, а затем решить отдавать послание Элизабетте или нет, но вспомнил историю с дневником Маргариты и раздумал влезать в дела жены, предоставив ей возможность самой разбираться с председателем Большого Совета, уже бывшим.

«Интересно узнать реакцию Кеннета Пена. В больших играх не бывает случайных смертей. Венценосная бабуля Элизабетты не раз напоминала мне об этом и уговаривала воспользоваться услугами охраны. То ли всерьез думала защитить меня, то ли хотела быть в курсе моих перемещений и знать, рассказываю я тайны Золотого Дворца на стороне или нет, и соблюдаю ли я нудные правила, которым подчиняется „первый муж“».

Элизабетта достала конверт, потрясла им в воздухе и убрала в карман халата:

– Не сейчас, – произнесла она, упав в объятия Анри. – Не могу думать ни о чем, кроме Эдди.

– Клаус сказал, что подозревает каждого в этом доме. И велел не распространяться о результатах расследования.

– Ты хочешь сказать, что среди нас шпион?

– Эдди никому не был известен, как наш сын. Впервые в жизни он вышел в свет на приеме и на фестивале, но по легенде. Клаус опрашивает всех, в том числе друзей и слуг. Охрана не выпустит из особняка никого, пока ситуация не прояснится…

– Хорошо, – сказала Элизабетта, решив, что никакое влечение и страсть к Кеннету Пену не заменит душевной теплоты, исходящей от вечного скитальца мужа. Он знал, как поддержать и на расстоянии.

– Я вызвал врача, а сейчас мы пойдем на завтрак, и ты поешь.

– Я не хочу, – возразила она. Анри спрятал телефон в кармане халата и открыл дверь.

– Нужно, вас двое и жизнь второго зависит только от тебя.

– А как Альберта?

– Альберта в комнате, позже отошлем к ней Энни. Надо же, впервые упрямство дочки сыграло ей на руку.